"Здравствуй, Ваня, друг родной..."
Здравствуй, Ваня, друг родной,
кореш мой сердешный,
был на воле я святой,
а теперь я грешный.
Привезли меня в тюрьму,
дали кружку, ложку,
и подушку, и матрас,
и пизды немножко.
Бил меня один мудак,
рыжий, конопатый,
рожа как у петуха
и ебло лопатой.
Ты его не бойся, Вань,
ведь его качает.
Ебани разок, другой -
разом полегчает!
Тут я в камеру вошел,
двери открывают,
за столом четыре лба
в домино играют.
Я ребятам говорю:
здешний я, Аркаша!
А они мне говорят:
убери парашу.
Все убрал я, все помыл,
вычистил парашу,
а они мне говорят:
"Уморилась, Маша?"
Тут, ребята, для меня
свет сошелся клином.
Мне помазали очко
свежим маргарином
И вогнали в жопу хуй,
аж до основанья,
А затем не помню я:
потерял сознанье.
Утром встал - в глазах туман,
жопа шире шконки.
Не могу сказать ни слова:
полный рот сгущенки.
И с тех пор меня ебут
сколько хош народу.
Сыром, маслом, колбасой
набивают брюхо.
В общем, лучше жизни нет,
чем в тюрьме, Ванюха