Skip to content

Структура Словаря русского мата



1. Типология источников

         Материалы, на основе которых составлялась база данных, можно условно разделить на пять основных групп: 1) устные источники; 2) фонограммы; 3) печатные источники; 4) переводные печатные источники; 5) рукописные источники; 6) источники из Интернета. Устные источники делятся на записи анонимных текстов, сделанные автором, материалы, предоставленные информантами, и материалы, полученные в результате психолингвистического эксперимента. Фонограммы делятся на тиражированные и архивные записи. Печатные источники делятся на художественные и нехудожественные тексты, в частности словари. Рукописные источники делятся на архивные материалы и рукописи, предоставленные авторами. Среди рукописных источников обеих групп есть и словари, и художественные тексты.

         Кроме записей устной речи в качестве источников использовались авторские записи анонимных текстов. Такие примеры условно снабжены не ссылкой на источник, а пометой «Фольк». Разумеется, среди текстов, условно рассматриваемых в качестве анонимных, могут встречаться малоизвестные авторские тексты, усвоенные фольклором. Автор не занимался проблемами атрибуции текстов и не несет ответственности за проникновение авторских текстов в фольклор.

            Обсценная лексика достаточно широко представлена в текстах отечественных рок-групп. Все фонограммы цитируются по записям из собрания автора. В 2001 году собрание это было передано Гарику Суперфину и храниться ныне в славянском архиве в Бремене в фонде автора (Forschungsstelle Osteuropa an der Universitaet Bremen, Historische Archiv, F.140, Plucer-Sarno, A.V. (сокр.: FSO HA. F.140).

         При цитировании мы приводили тексты в общепринятой орфографии и пунктуации. При ссылке указывались только название группы и альбома. Например, «Гражданская оборона. Молодежь". Для авторских альбомов сначала ставилось имя автора, затем сокращенное название альбома (например: Лаэртский. Зорька). Все сокращенные названия выносились в список источников.

         Цитаты из словарей вынесены в справочно-библиографические разделы базы данных. Это разделы даются после иллюстраций к значению. Эти данные предваряются соответствующей пометой "- Справ.-библиогр.". В справочно-библиографическом разделе регистрируются случаи появления разрабатываемой вокабулы в ранее вышедших словарях. Такие вокабулы цитируются нами в том виде, в котором они была даны в ранее вышедших словарях. Если в этих словарях вокабула давалась с определением значения, в нашем словаре цитируется такая вокабула полностью вместе с определением значения, если вокабула появлялась в словарях без определения значения, то, соответственно, и мы цитируем ее без определения значения. Так, например, в словаре 1865 года определения значений вообще отсутствуют, поэтому мы приводили и Справочно-библиографичесих разделах только сами вокабулы.

          Во многих "нефилологических" словарях, таких как словари Щуплова, Ильясова, Раскина, Росси и многих других, давались обсценные художественные материалы в виде своего рода дополнительных приложений. Целый рад выражений из этих текстов не были вынесены авторами в "словники" своих словарей и, соответственно, не сопровождались ни определениями значений, ни какими либо другими лексикографическими данными. В этом случае подобные источники цитировались как обычные художественные тексты и не выносились в Справочно-библиографический отдел статей нашего словаря. Именно поэтому некоторые цитаты, к примеру, из Щуплова давались в Справочно-библиографических разделах данного словаря, а другие контексты того же автора цитировались как обычные контексты из художественных источников. Все это связано со специфическими особенностями структуры самих источников.

         Таким образом, данная база данных содержит в себе элементы справочно-библиографического словаря. Она включает в себя все наиболее интересные языковые факты, зафиксированные в ранее вышедших словарях, начиная с дополнений Бодуэна де Куртенэ к третьему изданию словаря В. И. Даля и заканчивая кратким и как бы шуточным, но тем не менее единственным научным словарем обсценностей, подготовленным А. Н. Барановым и Д. О. Добровольским (кстати, наша база данных была одним из источников словаря Баранова-Добровольского). Однако А. Н. Баранов и Д. О. Добровольский не ставили перед собой задачи максимального охвата материала. Их словарь содержал ограниченный наобор фразеологизмов, поскольку был задуман как экспериментально-лингвистический.

         Общепринятым является представление о том, что переводные тексты также представляют собой ценный языковой материал для всякого рода реконструкций. Вот что, к примеру, писал А. Н. Егунов применительно к переводам из Гомера: «Лексический... анализ переводов... может служить материалом по истории русского литературного языка» [1]. Не нуждается в аргументации представление о том, что «переводная литература органически входит в национальный литературный процесс» [2]. Конечно, не все уровни текста в равной степени автономны по отношению к оригиналу, однако лексический уровень, безусловно, представляется одним из наиболее независимых. Исходя из такого рода соображений мы пытались представить в иллюстрациях по возможности и переводной обсценный материал. Однако к такого рода источникам мы подходили осторожно, используя переводные тексты только в качестве иллюстративного материала, не включая их в корпус письменных источников, используемых для составления словника нашей базы данных. Таким образом, обсценные материалы, встречающиеся только в переводных текстах и не подтвержденные другими источниками, в словарь не вошли.

         Использованы рукописные источники двух последних столетий, содержащие как фольклорные, так и литературные тексты. Было обследовано несколько тысяч рукописных обсценных текстов ХVIII–XX веков (в основном из собраний ГРБ и РНБ).

         Толкования значения слова, оттенки значения или значения и оттенки значения фразеологизма иллюстрируются примерами.        

Разнородность иллюстративного материала создает трудности при построении словарной статьи. Мы старались сделать цитаты максимально полными, синтаксически развернуто и семантически исчерпывающе иллюстрирующими употребление слова, его семантику и синтаксические особенности употребления.

Однако в базе данных есть отклонения от традиционных принципов подачи материала, в виду нетрадиционности и аномальности самого объекта описания. Ряд идиом дается без определения их значения, если определение значения представлялось затруднительным. В таких статьях ставилась помета "знач. не ясно". Некоторые иллюстрации лишь предположительно поддерживают данные определения значений. Такие цитаты служат лишь для предварительной регистрации материала и даются в ломаных скобках. Подобные цитаты давались только в тех случаях, когда более развернутые контектсы найти не удавалось.

         "Ломаные" скобки также использовались внутри цитат для восстановления текста, купированного в источнике.

         Один и тот же текст мог цитироваться по разным источникам, если они давали вариативный материал. Так, обсценная пародия «Горе от ума» цитируется и по рукописным спискам, и по печатному изданию начала века. По возможности, к одному слову даются цитаты из источников типологически разнородных. Контекст к хронологически первому употреблению лексемы приводится вне зависимости от характера контекста (изолированное употребление, неполный контекст, неопределенность значения).

         Словари цитировались наравне с прочими источниками. Цитировались примеры придуманные самими авторами словарей.

         Объем цитат расширяется настолько, чтобы контекст употребления слова был достаточно прояснен.

         Одной цитатой снабжаются слова только в том случае, когда второго контекста получить не удалось, но существование слова, к примеру, было подтверждено психолингвистическим экспериментом или другим источником, в котором оно было лишено контекста. Одновременно при помощи иллюстраций отмечаются исторические границы движения слова через столетия: дается, по возможности, самый ранний и самый поздний по времени создания пример.

         Поскольку матерные лексемы демонстрирует некоторые дополнительные вариативные формы склонения или спряжения, то в грамматической справке приводятся полные парадигмы словоизменения. Причем все формы, внесенные в грамматическую справку, подтверждается цитатами.

            Устойчивые сочетания даются в разделе «Сочетаемость» (естественно, без определений значения). При подаче сочетаемости сначала в виде вокабулы дается само устойчивое словосочетание, а затем после знака двоеточие уже идет иллюстрация к этой вокабуле. При подаче слов в вокабуле сначала дается главное слово словосочетания, а затем зависимые слова. В "словосочетаниях", представляющих собой двусоставные предложения, сначала дается подлежащее.

         В базе данных принят принцип читаемости сокращений при ссылках на источники. Фамилии авторов не сокращаются, названия произведений сокращаются частично. В список сокращенных названий источников не выносятся, а даются полностью в тексте словаря ссылки на: 1) анонимные тексты с сайтов в случае отсутствия и фамилии автора, и заглавия текста; такие цитаты сопровождаются полной ссылкой на сайт прямо в тексте словаря; 2) тексты, не имеющие заглавия, но сопровождаемые ником (псеводнимом) автора; такие цитаты сопровождаются ником автора и полной ссылкой на сайт прямо в тексте словаря; 3) анонимные тексты имеющие заглавие, но не имеющие никаких указаний на авторство (ни ника, ни псевдонима);  такие цитаты сопровождаются заглавием текста и полной ссылкой на сайт прямо в тексте словаря; 4. анонимные тексты не имеющие заглавия, но подписанные вместо псевдонима ложнымэлектроннымадресом; такие цитаты сопровождаются указанием ложного электронного адреса прямо в тексте словаря; 5)анонимные фольклорные тексты и тексты, авторство которых нам неизвестно, если эти тексты цитируются по собранию автора данного словаря; их заглавия даны полностью в тексте словаря и сопровождаются пометой "фольк.". Однако любые ссылки сокращаются и выносятся в список источников, если заглавия текстов состоят более чем из трех слов.

         Ссылки даются в круглых скобках, после скобки ставится знак ";". Если автор цитирует недоступный нам источник и в самой цитате есть ссылка на этот источник (информанта, например), то такая "внутренняя" ссылка дается в квадратных скобках.

         Различные типы скобок в библиографиях соотвтствуют принятым в России библиографическим стандартам и в данной "структуре словаря" специально не оговариваются.

         Цитата начинается всегда с прописной буквы. Если начало и/или конец цитаты не совпадает с началом и/или концом предложения источника, то перед и/или после цитаты ставится многоточие. В цитатах из авторских произведений сохраняется пунктуация и орфография источника. Осталась неизменной также пунктуация текстов анонимных авторов XVIII-XIX веков. Пропуск в цитатах обзначался троеточием.

 

2. Состав словника

         Из описанных источников в Словарь включены все грамматические формы лексем, их сочетаемость, все фразеологизмы, содержащие эти слова, а также ряд языковых клише, близких к фразеологии. Таким образом, никаких семантических критериев отбора материала не выдвигается. Исключение из этого правила составляют случаи игры словами. В соответствии с лексикографической традицией подобные игровые контексты, имеющие целое множество значений, в словарь, по возможности, не включались.

 

3. Границы слова

         Поскольку нами фиксировалось не только письменное, но и устное слово, встает вопрос о его границах и написании. Условно приняты нормы членения речи, графические нормы, задаваемые письменными источниками. Для выявления графических норм использовались по возможности более поздние источники (чаще всего это источники ХХ века). Если такая «кодификация» отсутствует или слово появляется в письменных текстах в различных графических вариантах, оно дается в словнике один раз с указанием вариативных форм фиксации.       

В словник будут выноситься лексикализованные сочетания (образования), формально рассматриваемые нами как приобретающие статус слова, поскольку встречаются в письменных источниках в слитном написании: нехуя, похую и некоторые другие. В данном томе лексикализованные сочетания условно помещались в раздел фразеологии. Конечно, такой формальный подход распространялся только на вокабулы, регулярно встречающиеся как в слитном, так и в раздельном написании. Условно лексикализованные сочетания, встречающиеся и в раздельном, и в слитном написании (и, видимо, воспринимаемые двояко), рассматривались как имеющие двойственный статус (слово-идиома). Например, не хуя как фразеологическое образование и нехуя как лексикализованное сочетание. Мы посчитали такой чисто формальный подход целесообразным, поскольку стремились избежать привнесения в поданный материал собственных корректив и интерпретаций в тех случаях, когда этого можно избежать.

 

4. Структура словарной статьи

         Вокабула дается в начале статьи без абзаца и выделяется полужирным шрифтом. Грамматические формы слов и устойчивая сочетаемость также выделяются полужирным шрифтом. Грамматические авторские пометы даются курсивом. Каждое значение помещается с новой строки со знака абзаца. В словаре проведена попытка введения более дробной цифровой класификации значений, подзначений, оттенков значений и оттенков употребления. Первая цифра – номер значения, вторая – подзначения, третья – оттенка значения.

         Каждый фразеологизм дается после пробельной строки и выделяется полужирным шрифтом. Справочно-библиографический материал в конце статьи выделяется подчеркнутым курсивом и также дается с новой строки после знака «–».

         Лексические значения слова не отделяются друг от друга пробельной строкой.

         Некоторые специфические особенности синтаксического управления зависимыми словами поясняются традиционными вопросами косвенных падежей (например: кого, что), которые выделяются курсивом и ставятся после номера соответствующего значения перед определением значения со строчной буквы. Если вопрос относится ко всем значениям фразелогизма, то он ставится не после номера значения, а сразу после вокабулы.

 

4.1. Подача фразеологии

         В базе данных даются все фразеологически связанные значения матерных слов. Это неизбежно привело к появлению элементов словаря фразеологического. Фразеология дается после основных значений слова и после устойчивой сочетаемости. Значения фразеологизма также определяются и снабжаются иллюстрациями. Семантика фразеологизма определяется по тем же принципам, что и значения лексем. Для обсценных фразеологизмов дисфемистического происхождения наряду с определением значения ставилась помета «Дисфм. вместо:» и указывается синонимичная литературная идиома, являющаяся эвфемисически-дисфемистической парной. Если дисфемизм соотносится с такой идиомой-«источником» лишь предположительно, то ставится помета «С оттенком дисфм. Соотн. с выражением:» и только затем ее необсценная пара. Если наша дисфемистичекая обсценная идиома имеет совершенно иное значение, нежели ее «приличный» вариант, то после указания на «приличную» пару дается определения значения данной идиомы.

         Дополнительно-вариативные части фразеологизма приводятся в круглых скобках в самой вокабуле. Собственно «вариативные» части фразеологизма (то есть варианты некоторых слов фразеологизма) даются после основного варианта в квадратных скобках в самой вокабуле. Если таких вариантов несколько, то они подаются в квадратных скобках через запятую. Например, во втором томе словаря: идти [пойти, уйти] (обратно, подальше, к матери, к ебеней матери) в [на] (мамину)  пизду (по самые уши, картошку рыть, на переделку, на переплавку). Или в 1 томе: идти [валить, катиться, пойти, полететь, прийти, приходить, проваливать, сходить, убираться] на [под] хуй (моржовый) [к хуям (собачачьим, собачьим), к­ хую (собачьему)] (малыми скоростями, малой скоростью, мелкими шагами, шажками) (бабочек ловить, срать).

         В базе данных принят алфавитный порядок расположения фразеологизмов по алфавиту ключевых слов. Все фразеологизмы расположены по алфавиту ключевого, формально-синтаксически главного слова. Двусоставные предикативные (глагольно-пропозициональные) идиомы рассортированы по алфавиту имени – подлежащего, поскольку в большинстве случаев глагол варьируется. Прочие идиомы, организованные по типу двусоставного предложения, расположены также по алфавиту имени-подлежащего. Во всех остальных случаях в качестве ключевого слова рассматривается синтаксически основная часть предложения. Ключевое слово, сопровождаемое знаком двоеточия (пизда: до пизды; или хуй: на хуй) дается в алфавитной последовательности вокабул до слова, не сопровождаемого таким знаком (хуй на). Аналогично сначала "пизда: я ли...", а потом "пизда чего", "пизда пошла".

         Знак пробела учитывается при построении алфавитных последовательностей вокабул (сначала предложные формулы, а потом приставочные (хуй с лапшой, хуй с полтиной, хуй сломался, хуй собачий). Знак дефиса "приравнивается" при построении алфавитных последовательностей вокабул к знаку пробела (хуй там, хуй-трест, хуй чего).

Если последовательность слов во фразеологизме жесткая (т. е. от перемены их местами смысл меняется), а на первом месте находится какое-либо зависимое слово, то вперед выносится главное слово в начальной форме, а затем после двоеточия приводится фразеологизм целиком в своей неизменной форме.

         При построении алфавитной последовательности вокабулы с таким знаком двоеточия предшествуют вокабулам, в которых его нет (сначала "пизда: в пизде", а потом "пизда в незабудках"; аналогично сначала "хуй: в хуй", а потом "хуй в ..."

         Идиомы, состоящие из нескольких однородных членов, получили место разработки по наиболее частотному варианту опорного слова. Опорное («ключевое») слово фразеологизма приводится в начальной форме (кроме тех случаев, когда оно в начальной форме вообще не употребляется). Языковые клише типа поговорок вошли в состав фразеологии.

         Трудно согласиться с А. И. Молотковым, который писал, что «по своему содержанию поговорка всегда однопланова. Классически правильная поговорка передает только прямой смысл содержания высказывания. Поговорка-предложение не имеет никаких признаков фразеологизма, ее ничто не сближает с ним» [3]. Конечно же, поговорки могут иметь и непрямые значения, почти сливаясь с фразеологией. Поговорки включались нами в словарь, поскольку в большинстве случаев они практически неотделимы от собственно фразеологии. Усеченные формы пословиц, поговорок, загадок и других языковых клише условно рассматриваются как самостоятельные идиомы, а их полные «парамеологические» формы – как своего рода контексты их употребления, поскольку аргументировать «первичность» той или иной формы не представляется возможным. Языковые клише в виде неполных предложений с прямыми значениями (по логико-семиотической классификации Г. Л. Пермякова – присловья [4]) в раздел фразеологии не включены, а соответственно рассматривались как случаи устойчивой сочетаемости. Междометные выражения с известной долей условности введены в раздел фразеологии. Предложно-именные наречные обороты с фразеологически связанными значениями также входят в раздел фразеологии. Критериями при отборе фразеологии были: 1) наличие у сочетания слов семантических признаков лексемы (семантическая неделимость); 2) наличие у словосочетания синтаксических признаков лексемы (синтаксическая неделимость); 3) многокомпонентность; 4) традиционное раздельное написание компонентов в идиоме и отсутствие грамматических показателей процесса лексикализации.

         На первом месте после вокабулы, дается грамматическая справка. Потенциально весьма вероятные, но не зафиксированные в источниках формы сопровождаются пометой «не зафиксир.».

         Отсылочные статьи даются в тех случаях, когда главное слово фразеологизма варьируется. Условно в рабочем порядке разрабатываются такие фразеологизмы на тот из вариантов вокабулы, на который удалось зафиксировать наибольшее количество контекстов употребления.

 

4.2. Определения значений

         При обработке материала большие трудности возникали при определении значений лексем и особенно идиом. Многие значения определялись предположительно, что возможно при публикации предварительных материалов.

         Приведение всех значений и оттенков слова с избыточным иллюстративным материалом также допустимо при первичной обработке материала.

Грамматическая форма подачи определения значения соответствует граматической форме приводимого иллюстративного контекста. Грамматическая форма вокабулы тоже, по-возможности, приводилась в соответствие с имеющимися контекстами. Так, например, если иллюстративный источник дает нам контекст с глагольным фразеологизмом, в котором глагол употреблен в несовершенном виде (или чеще встречается – если иллюстраций несколько), то этот ключевой глагол дан  в несовершенном виде и в вокабуле. Точно так же и в определнии значения соответствующий определяющий глагол дается в несовершенном виде. Приводить столь нестандартный материал к «единому знаменателю», пытаясь полностью упорядочить его традициооным образом, мы не посчитали корректным.

         Определения значений слов даются после грамматической справки с обязательными иллюстрациями, поддерживающими каждое значение, подзначение и оттенок значения (если таковые есть). Предпочтительными являются определения значений во всей широте необходимых и достаточных признаков. Последовательность подачи значений неизбежно оптребовала некоторого отклонения от строго синхронического подхода. Под «основным» значением в словарях часто подразумевается или субъективно воспринимаемое как самое употребительное (с синхронической точки зрения) или как «первоначальное» (диахронически) значение. Однако значение, воспринимаемое сейчас как «первоначальное», не всегда является действительно более «ранним». Мы далеко не всегда располагаем достаточной информацией, чтобы решить, какое значение является более «ранним». Не всегда можно точно установить, какие метафорические образования первичны, а какие – вторичны. Но даже при выделении одного значения как основного встает вопрос о расположении всех остальных значений данного слова. Очевидно, что, пользуясь только историческим принципом, невозможно рассортировать все значения и оттенки слова. После «неметафорического» значения, в качестве которого мы условно рассматривали значение, связанное с сексуальной деятельностью человека, дается следующее прямое, неметафорическое значение (если оно есть). Далее следуют самые употребительные переносные значения (если они есть). Абстрактные значения ставились после конкретных. В то же время ряд значений мы пытались расположить по степени их употребительности (имеется в виду частотность употребления в наших источниках). Конечно, сам принцип последовательной нумерации «типологически» разных значений арабскими цифрами, принятый в лексикографии, более чем условен. Но едва ли возможно разработать совершенно однородные, идеально системные принципы расположения значений, особенно применительно к такому разнородному материалу. По крайней мере мы себе подобной задачи не ставили. Итак, последовательность подачи значений вырабатывается с учетом следующих принципов: является ли данное значение: 1) первоначальным или поздним; 2) прямым или переносным; 3) конкретным или абстрактным; 4) более или менее частотным – и некоторых других.

 

4.3. О метаязыке определения значений

         Окончательная обработка данных словарных материалов и превращение их в научный словарь - дело ближайшего будущего. А поскольку перед нами предварительные черновые материалы, то мы не ставили перед собой задачи создания законченного метаязыка определений значений с упрощенным и унифицированным словарем и синтаксисом. Такой язык обязателен для словаря, но не обязателен для словарных материалов, которые представлены в данном проекте. Тем не менее основополагающие принципы толкования значений, выработанные группой Ю. Д. Апресяна, в определенной мере использовались. В значениях мы по-возможности пытались выявить различные смысловые уровни, пресуппозиции и ассерции, сильные и слабые смысловые компоненты, мотивировки, модальные рамки, рамки наблюдения. В словаре метаязыка определений значений избегались синонимы и омонимы, многозначные слова. При определении значений использовался ограниченный набор лексики кодифицированного литературного языка. Разумеется, при построении семантических дефиниций мы избегали стилистически и экспрессивно окрашенных слов.

            В тех случаях, когда значения слов рассматривались нами как синонимичные, они были по мере возможности унифицированы.



[1]Егунов А. Н. Гомер в русских переводах XVIIIXIX веков. М.; Л.: Наука, 1964. С. 56.

[2] Левин Ю. Д. Русские переводчики XIX века и развитие художественного перевода. Л.: Наука, 1985. С. 4.

[3] Молотков А. И. Фразеологизмы русского языка и принципы их лексикографического описания // Фразеологический словарь русского языка / Молотков А. И. [ред.]. 4-е изд. М., 1987. С. 16.

[4] Пермяков Г. Л. К вопросу о структуре паремиологического фонда // Пермяков Г. Л. Основы структурной паремиологии. М., 1988.

Last modified 2005-04-23 02:58